КЛУБ ТАЙСКОГО БОКСА (MUAY THAI) - "МАСТЕР"

О комплексе ГТО, послужившем первой ступенькой к будущим мировым рекордам, я впервые узнал в семнадцатилетнем возрасте.
В 1943 г. было освобождено от фашистской нечисти мое родное село Алексино. Лютая ненависть к врагу, опоганившему мою землю, унесшему жизни дорогих мне людей, не давала покоя.

Линия фронта проходила недалеко от нашей деревни. Как я завидовал тем, кто родился на два - три года раньше меня и уже мог с оружием в руках защищать Родину. Призываться мне было еще рано, но я сразу же после освобождения нашего села от фашистов отправился в военкомат с просьбой направить меня на фронт. Я получил отказ и вынужден был возвратиться домой. В нашем селе стоял батальон, командир которого жил у нас на квартире. Мне с большим трудом удалось убедить его, что год - два для такого здорового парня, как я, ровным счетом ничего не значат.
В старой отцовской гимнастерке, в простреленных и залатанных штанах, которые подарил мне старшина из части, расквартированной в нашем селе, я выглядел старше своих лет, и вид у меня был действительно боевой. Моей гордостью был автомат, подобранный в лесу после бегства гитлеровцев. Я уже научился стрелять из него. Все это помогло мне через несколько дней отправиться с батальоном на фронт.
Как я хотел отомстить фашистам за горе и слезы, причиненные нашим людям! В те дни я, как и все советские люди, жил только ненавистью к врагу. Я рвался в бой с немцами.

Когда я прибыл на передовую, командир части полковник Харченко, к которому я попал, не разделял моих настроений. По его мнению, юнцам, только что призванным в армию, на передовой делать нечего. И он дал приказ - молодое пополнение полка, еще не нюхавшее пороху и по-настоящему не владеющего оружием, отправить в запасный полк в село Сапогово для прохождения военной подготовки.

В запасном полку нас обучали недолго. Вскоре я был послан с донесением на передовую. Я знал, что донесение было срочное, и думал лишь о том, как выполнить приказ командира, а до штаба было добрых 10-12 км. Первые два километра мне бежалось легко, затем стало сдавливать грудь, налились ноги, мне становилось все труднее и труднее дышать, пот заливал глаза, я чувствовал, как задыхаюсь от недостатка воздуха, но бежал. Прибежав в штаб, я не мог и слова вымолвить - в груди жгло, словно огнем, но я был счастлив, что смог выполнить приказ.
После этого случая мне много раз приходилось под пулями бегом и ползком пробираться с донесением из части в часть вдоль передовой, и каждый раз я был предельно горд тем, что выполняю боевое задание.

Наши войска гнали врага, а вскоре фронт отодвинулся далеко на запад.
В моей фронтовой жизни наступила перемена. По службе мне довелось встретиться с человеком, который сыграл решающую роль в моей фронтовой судьбе.